Naruto - Нити Судьбы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naruto - Нити Судьбы » Бордель » Джирайя и Орочимару


Джирайя и Орочимару

Сообщений 41 страница 60 из 109

41


Какой-то отдалённой частью сознания подумалось, что спать Джирайе в принципе-то не особо и хочется, тем более когда с ним начали совершать какие-то манипуляции. Только вот, судя по всему, странные хозяева этого места не спрашивают, чего жаба хочет, а чего нет.
Впрочем, ему в этот момент казалось, что в принципе грех жаловаться.
Даже на то, что та тоненькая тропинка в грёзах, что ведёт к пробуждению, всё ускользает и ускользает от него.
"Забавно...это что, сказка про спящую красавицу....вместо сказки про принца, обращённого в лягушку?"
Губы тронула лёгкая улыбка, почти незаметная. Джирайя иллюзий не питал, и на принца, по собственному мнению, никак не тянул, но сама мысль позабавила.
"И я что...я... проснусь от поцелуя?"
Может и так. А может и не так.
Оставалось надеяться, что кто-то его разбудит...но надёжда была зыбкой, как и всё во сне.
Саннин понял, что с ним опять что-то делают...что-то приятное.
Снова это странное ощущение чего-то тёплого и нежного, ласкающего.
Он не мог поручиться, сон ли это, или что-то в реальности, но ему нравилось.
"Ещё..."
Губы чуть разомкнулись, пропуская довольный вздох, язык скользнул по нижней - на каком-то инстинктивном уровне.

0

42

Орочимару вскинул глаза как раз вовремя, чтобы заметить джирайевскую улыбку. Не ухмылку. Не своеобычную извращенскую гримасу.
"Вот интересно, - саннин нервно облизнулся, прежде чем продолжить ласкать шею бывшего сокомандника, - неужели же он во сне всегда…такой?"
Смутно и полуделовито подумалось, что стоило ещё в юности подсыпать Джирайе барбитуратов – и проверить.
- Хороший мой, - шепнулось совсем легко, словно…словно так и надо. И очень естественно получилось погладить по лицу согнутыми пальцами, прежде чем поцеловать эти чуть тронутые улыбкой, припухшие…
"со сна?"
…губы. Сперва нежно и осторожно, ласково, потом, постепенно увлекаясь процессом, теснее прижимаясь к расслабленному тёплому телу.
"Вот только…не надо ни в кого превращаться, а, лягушка? Сделай одолжение."
Очень скоро – и ожидаемо - обнаружилось, что поцелуев недостаточно.

0

43


Теперь отчётливо чувствовалось, что там, за гранью зыбких грёз, кто-то
Орочимару?...
касался его тела, поглаживая ладонями и лаская губами.
"М...что это происходит?..."
Не то чтобы Джирайя сильно хотел знать, но всё же...всё же...
Когда в его рот скользнул тёплый язычок, показалось, что кружится голова и трудно дышать. Перед внутренним взором всё казалось залитым золотистым светом, и было тепло...
Джирайя попытался ответить, чтобы...чтобы показать, что ему нравится, что он чувствует, а не лежит просто тельцем, с которым можно сделать что угодно.
"Ты...хорошо"
Собственный язык чуть шевельнулся, легко сплетаясь с чужим.
Вкус был почему-то похож на мармелад из крыжовника, или Джирайе так показалось.
А ещё тот, кто склонился над ним сейчас
"Неужели всё-таки змей?"
источал слабый аромат гардении.
Саннин не мог поручится, галлюцинании ли это, или настоящие ощущения.
"Мм...ещё..."

0

44

Орочимару чуть отстранился, из-под полуопущенных ресниц с интересом глядя на лягушку.
"Хм. А ты ведь отвечаешь. Это…хорошо."
Насиловать не хотелось. Ну абсолютно. Даже под предлогом реабилитации.
"Хотя…если ты будешь настаивать – ну что же. Ничего не поделать, нэ?"
Вздохнув, он снова легонько…
успокаивающе
…погладил Джирайю по лицу. Ему определённо нравилось, как жабка едва заметно ведёт головой следом за его рукой. Возможно, это просто дьявольски льстило самолюбию – самоанализ саннин оставил на потом. Ещё ему несомненно нравилось, как чуть заметно вздрагивает загорелое тело, если касаться его…хм…определённым образом. Фыркнув, Орочимару провёл языком вдоль дорожки белых волос к низу живота. Мельком подумал, что не будь жабка в анабиозе, хрен бы ему подобное обломилось. Растягивая процесс – хотя здравое мышление и без того уже здорово отказывало, осторожно заставил Джирайю развести ноги – что тот и выполнил, безразлично, податливо…от чего стало совсем…ну…не до растягиваний того самого процесса… - и интереса ради лизнул внутреннюю поверхность бедра. С любопытством глянул на дёрнувшееся тельце. И только после этого, склонившись ниже, обвил языком плоть бывшего сокомандничка, чуть сжимая, лаская. Отстранился, любуясь результатом. Усмехнулся. Протянулся за подушкой, которую подсунул под джирайевские бёдра…
"ну надо же, чтобы было удобно, да?"
…и оброненным жабкой флакончиком. Ещё раз провёл ладонью, закрепляя успех, губами накрыл чужие губы, играя и окончательно посылая к чертям вроде как даже вернувшийся недавно рассудок.

0

45


Вот теперь Джирайя абсолютно, кристальноя ясно понял, что ему это всё не снится. Мягкие, влажные поцелуи, спускающиеся по его телу вниз, вызывали лёгкое покалывание и напряжение, возможное даже в царстве Морфея.
Впрочем, жабий саннин находился явно не там.
Он словно бы замер где-то на тонкой, зыбкой грани между сном и явью, не в силах скатиться ни в ту сторону, ни в другую.
Всё ощущается предельно ясно, но сделать он ничего не может, и голова думает не о том и как-то хаотично...
"Но приятно же..."
Да, приятно не то слово. И даже мокрые касания к животу - он относился к ним очень нервно - доводили до исступления и заставляли расслабиться.
Джирайя чуть дёрнулся, когда Орочимару беззастенчиво подсунул ему под зад подушку. Разум отстранённо воззмутился, понимая, к чему всё идёт.
"Эй! Ты чего творишь?!"
Однако не произнесённая вслух, фраза подействовать не могла.
А ещё змееглазый точно знал, чего хочет...и явно делал так, чтобы жаба-сан хотел того же.
Получилось - достаточно было проделать языком как раз то самое невообразимое - для обычного, разумеется, человека, а не для черноволосого легендарного шиноби.
Джирайя дорого бы отдал за то, чтоб посмотреть на лицо бывшего сокомандника в тот момент, когда тот губами ласкал его плоть. Но - не судьба.
Касание к бедру вырвало лёгкий вздох сквозь зубы, а последующий поцелуй...
На него Джирайя уже смог ответить более-менее, хотя всё ещё вяло.
Чего не скажешь об определённых частях его организма - вот они реагировали как надо.
"Как, блин, в 15 лет - проснулся, а у тебя...мда..."

0

46

Исследователь в орочимаровской душе пока что никуда не делся, и эта самая часть сознания искренне восхитилась сохранностью жабкиного тела. Отстранённо. Это притом, что телу было…хм. Много лет, прожитых немирной жизнью. Ещё подумалось, что надо бы, вернувшись в нормальную жизнь, заловить таки лягушку и залучить в лабораторию, где, выковыряв из сокомандничка энную дозу костного мозга, продолжить всё-таки давно остановившиеся на стадии доработки исследования по естественной регенерации.
Орочимару фыркнул и решил подумать об этом…позже.
"Кстати про интересное…интересно, что с тобой, радость моя?"
Если Джирайя и спал – странноватый был сон. Похожий на наркотический. Или на действие неизвестной Орочимару техники. Или – если уж совсем честно – на пару тройку известных.
"Ну…что поделать."
В одном бывшие сокомандники сходились, если речь шла о взглядах на жизнь: нельзя упускать то, что само просится в руки.
Пользуясь чем-бы-там-не-вызванной джирайевской расслабленностью и покорностью, Орочимару бесцеремонно пошире развел и задрал загорелые ноги. Подумав секунды пол, закинул их себе на плечи – не преминув злоехидно осклабиться. Даже будучи почти уверен в том, что сокомандничек не проснётся, полубессознательно действовал очень осторожно…
бережно?
По крайней мере, без излишней грубости
Вернулся к прерванному поцелую…жабка сложилась почти пополам, зато открылся простор для действий, и вводить предварительно смазанный палец было довольно удобно. Было ли так же удобно Джирайе – осталось загадкой…и не сказать, чтобы сильно волновало…но на всякий случай саннин придержал бывшего сокомандника, уткнувшись лицом в белые космы где-то в области уха и нашёптывая что-то успокаивающее.
Объективно…пытаться успокоить эро-саннина было по меньшей мере смешно.
Орочимару, хмыкнув, слегка прикусил мочку чужого уха. Вздохнул, прикрывая глаза и проводя языком по золотистому бедру, очень медленно и осторожно вводя один за другим ещё два пальца, продолжая ласкать…внутри, почти ласково касаясь нежной и чувствительной плоти.

0

47


Ощущения оказались очень странными-только что виделись какие-то смутные жизнерадостные картинки вроде небо-солнце-поле-цветочки, как вдруг...видения стали хаотичными, и направленность они приобрели более чем конкретную.
А именно очень сильно эротическую.
Цветные пятна сложились в нечто, до боли похожее на змеиную морду, а чешуйчатое тело обвивалось вокруг его собственного - или ему так казалось? Или это были руки?...
Да неважно, что это - главное приятно.
Саннин почувствовал, как его ноги и бёдра потеряли опору.
"Ч-что...?"
Миг - и он сложен пополам, а влажный
раздвоённый...
змеиный язык исследует его рот, потом бёдра, потом...странный, шипящий, но в тоже время нежный шёпот
"э...я же не понимаю по-змеиному", мелькнула слабая мысль, да почти сразу исчезла - когда аспид ухватил его ухо.
А после...после что-то скользкое вошло в него.
Джирайя хотел было дёрнуться, но...это было сразу так приятно...так расслабляло, что он только застонал от удовольствия, слабо пошевелив пальцами, и сжал мышцы вокруг того, что находилось в его теле.
"Это...что?"
Наверное змея. Как...извращённо.
Что бы то ни было, он чувствовал себя странно, но хорошо. Да и к тому же во сне - значит всё можно.
Жабий саннин чуть напряг мышцы снова, слабо толкнувшись навстречу и качнув бёдрами.

0

48

- Извращенец, - прошипел Орочимару с насмешливым удивлением, чуть слышно вздыхая от удовольствия, когда Джирайя ответил на прикосновения. Либо жабке такое было не впервые – быть взятым во сне, либо жабкины эротические фантазии…хм. Представлялись ещё более сомнительными, чем в принципе в свете произошедшего сегодня.
"О да-а…великий эро-саннин. Гроза девушек, женщин и старушек. Ну-ну."
Дальше язвить расхотелось. В конце концов, если захочется, погнобить лягушку можно будет и потом…а вот увидеть в таком состоянии – наврядли.
Играть дальше тоже становилось неинтересным. По-крайней мере, пора было сделать игру более увлекательной.
- Расслабься.
И плевать, что возможно не слышит. Возможно.
Он извлёк пальцы, так же осторожно, как вводил. Осклабившись, с чувством облизнулся, входя в ожидаемо горячее…
жаркое
…тело. Заставил себя замереть на секунду, чуть сжимая придерживаемые лодыжки, склонился над непристойно…беспомощным Джирайей, проникая глубже и тщательно вылизывая совершенно неожиданно нежную шею, спускаясь к ключицам и начиная двигаться – сначала медленно.

0

49


Ощущение проникновения не было ни капли болезненным - только приятным. Наверное из-за того, что мышцы всего тела были расслаблены, а само ого мягким и податливым, как тряпичная кукла.
Тряпичная кукла, которая оч-чень страстно и...развращённо вздохнула от ощущения того, как что-то движется внутри.
Джирайя был объективно не в состоянии себя контролировать, поэтому каждый новый толчок, каждое новое - пока что! - медленное, мягкое движение, которым его брали, отдавалось в паху сладостным напряжением и новым стоном. Громкость которого сдержать не удаётся.
Беловолосая голова перекатилась на подушке, светлые ресницы дрогнули, открылась узкая, еле заметная полоска белков.
То, что это сон, никто не отменял.
Жабьему саннину чудилось, что он движется в такт с большой такой змеёй.Красивой. Фиолетовой. С полосками.
Подсознание усмехнулось - он хорошо знал все эти дешёвые штучки про девушек и змей, что это сексуально - как считалось - когда сильное тело рептилии обвивается вокруг обнажённого женского...
Себя я на их месте явно не представлял. Да и...когда ползает - это одно, а тут...
И в силу жизненных обстоятельств считал подобное...мягко говоря, хренью. Потому что из молодости, занятой боевой подготовкой, прекрасно знал - что некоторому худощавому мужскому телу змеи идут гораздо больше.
Отстранённо вспомнилось, как однажды, когда-то давным-давно, на краткий миг более-менее наладившие отношения Джирайя и Орочимару были выведены сенсеем в бар - "развеяться и укрепить боевой дух команды". Что из этого вышло...ну...дух они, конечно, поллитрой саке на каждого укрепили изрядно. Только вот незадача - танцевала в том баре девушка. Со змеей. Бедный питончик вился-вился, вился-вился, девушка гнулась, денег в её трусиках прибавлялось, жабий...тогда ещё даже джоунин смотрел на это млея, подперев щёку (и будучи порядком окосев)...пока не случилось знаменательное. Питон поднял голову и встретился взглядом с Орочимару.
Девушка была позабыта. Чешуйчатая голова с пару мгновений покачивалась, выпуская тонкий, трепещущий язык, а потом сильное тело соскользнула со стриптизёрши и, под удивлённо-пьяные возгласы, под столиками проползла к тому, кого сочла более достойным претендентом. Обвилась вокруг плеч порозовевшего юноши и там заснула.
Историйка, конечно, была забавной - шоу сорвано, девушка быстро дотанцевала и удалилась, попытки после вернуть змею ничем не увенчались - слезать она не желала, даже когда приказывал Орочимару...зато в процессе шиноби перезнакомились и с дамой, и со змейкой, и разошлись после закрытия с миром - черноволосый унёс "питомца", Джирайя увёл девушку. Все были довольны.

...Но это всё было так давно...а сейчас, находясь непонятно где в весьма странном состоянии духа и тела, жабий саннин отзывчиво выгибался в чужих руках, чувствуя, как лодыжки покачиваются в воздухе, когда тело змеи наклонялось ниже, складывая его...
Собственная рука внутреннему взору казалась белой и словно расплывчатой. Однако она поднялась, чтобы погладить покрытую чешуёй голову с золотистыми глазами...а зарылась в тёплый шёлк волос.
Так оказалось даже ещё приятнее - и, пользуясь тем, что змей вылизывал и ласкал сейчас его ключицы, сжал руку чуть сильнее, потом расслабил, пропуская меж пальцев длинные пряди.
- Орочимару...- в этом странном забытьи он даже говорил.
И это имя звучало странным образом сейчас - выдохнутое на полустоне, хотя обычно его приходилось кричать, шептать, выплёвывать презрительно или пытаться выговорить в та-аком состоянии...
Но вот сейчас оно звучало именно так, как должно было.

0

50

Вот это было совсем…чересчур – откровенные и протяжные стоны, которыми Джирайя отвечал на каждое движение. Страстные?...пожалуй. На секунду Орочимару искренне усомнился в том, что дражайший сокомандничек всё ещё спит.
Вот только незадача – было ему на это ну абсолютно плевать. Ну вот абсолютнейше.
Своё он собирался взять в любом случае, а если жабка была не сильно против…ну и чудно. Расслабленное, уже не ласково-тёплое, а словно горящее изнутри тело послушно изгибалось под ласками – это возбуждало. И стоны, ставшие ещё чуть громче и…чувственнее? когда Орочимару начал двигаться быстрее и резче.
И сильные, всё таки, чёрт возьми, отнюдь не напоминающие женские пальцы вплетаются в волосы. Змееглазый зашипел еле слышно и отстранился.
- Орочимару… - это было даже не чересчур. Просто – не совсем осознавалось. В таком исполнении Орочимару своё имя ещё не слышал…и, насколько сам отдавал себе отчёт и сам себя знал, вроде как, никогда и не жаждал услышать…так ведь?
"Тогда почему…"
Саннин резко вздохнул, закусывая губу, чтобы не застонать самому.

0

51


Движения участились, и то, что виделось саннинскому внутреннему взору, стало совсем уже непотребным, пошлым на грани с абсолютной развращённостью...и в то же время удивительно приятным.
Кольца змеи, в которые он словно бы был опутан, свивались и развивались вокруг, дразняще касаясь и сжимаясь, чтобы потом вдруг разжаться и снова заставить его одного бороться с гравитацией - в этой весёлой позе. С задранной кверху задницей и ногами...где-то там. Тоже наверху.
В принципе, в это время стоило бы подумать о тщете всего мирского, или хотя бы о том, как же это так вышло что...
Но Джирайе было всё равно.
Ощущение, как движется в нём чужая горячая плоть, было...совершенным. Стоны стали совсем откровенными, словно бы жабий мастер в своё время подрабатывал на панели и от товарок по цеху нахватался...
Руки расслабленно лежали за головой, только пальцы чуть вздрагивали в едином ритме с толчками.
"А-ах...хорошо...ещё..."
Внезапно, когда движения стали резче, а чувство того, что ещё немного ласки в паху не помешало бы, дошло до критического, странный дурман, последние минуты владевший сознанием Джирайи, резко рассеялся, и глаза распахнулись.
Трудно сказать, что было главным в сложной гамме чувств - мысль, что его разложил душка Орочимару, и за это имеет перспективку огрести, смутная радость, что все это время он был всё-таки с человеком, а не с чешуйчатым дитём природы...
Но не важно.
Беловолосый вздохнул и прикрыл расслабленно глаза, блаженно улыбаясь и отзывчиво двигая бёдрами.

0

52

- Шлюха, - убеждённо прокомментировал Орочимару, испытывая смутное ощущение, будто где-то это уже сегодня слышал. Может, только в несколько иной…хм. Раскладке.
Прикрыл глаза, по привычке скорее пытаясь выправить сбитое дыхание – сам понял, какой дурью, учитывая обстоятельства, мается, и самому же стало смешно.
Шлюха, не шлюха – но звуки, издаваемые жабьим саннином не то слово как заводили. Орочимару пришлось изо всех сил постараться напомнить организму, что ему, организму, даже намеренному жить вечно, всё же не четырнадцать – и так быстро всё заканчиваться не должно.
То, что жабка изволила проснуться, ну абсолютно ничего не меняло. Кроме, разве что, совершенно идиотского желания – так же, как Орочимару услышал…хм…не такой голос, он хотел увидеть не такой взгляд. Не такой – он сам толком не смог бы объяснить. Просто…отличный от уже видимого – а видел он обращённых к себе джирайевских взглядов огромное множество.
Окончательно плюнув на здравый смысл, он резко склонился над распростёртым телом, наверняка делая ощущения…хм…сильно чувствительными – по крайней мере для него самого –  шире разводя бывшему сокоманднику ноги, впиваясь в губы новым жадным поцелуем. Скользнул ладоньюк джирайевской плоти, трущейся между их телами.
- Посмотри на меня.

0

53


На первую репризу Орочимару, выданную на полувздохе, Джирайя отреагировал только смешком и новым стоном - откровенно-развратным и уже абсолютно блядским.
"Тебе же нравится, признайся"
И не важно толком, что и кому именно нравится - ему самому то, как его трахает Орочимару, или...
"К чёрту, какая разница"
Ему было хорошо - и плевать на всё остальное. Будь сейчас в этой комнате ещё пара десятков человек, наблюдающих за тем, как в унисон двигаются два разгорячённых тела, ему всё равно было б на них... мягко говоря, болт положить.
- Д-да...не останавливайся...хочу тебя...во мне...глубже!.. - вздохи и всхлипы, жалкое, какое-то полукошачье мяуканье и сладкие стоны наслаждения - когда новым движением змей надавливал на что-то внутри - и о-боже-как-сладко-да-ещё...
Ощущение происходящего снаружи вернулось только тогда, когда Орочимару, несколько мгновений жадно целовавший его губы и сжавший ладонь наконец на той части тела, что так настойчиво требовала внимания, заставил смотреть на него.
Джирайя медленно поднял веки, и глянул в удивительные жёлтые глаза - из-под ресниц, собственные подёрнуты пеленой ещё неудовлетворённого желания, и против воли язык снова скользит по губам, увлажняя их.
Саннин улыбнулся уголками рта и ответил в тон:
- Поцелуй меня. Ещё.

0

54

- Д-да...не останавливайся...хочу тебя...во мне...глубже!.. – Джирайя явно проснулся…вроде как. Вроде – потому что…потому что.
Орочимару вздохнул и сам застонал от наслаждения, в кои-то веки послушав сокомандника и начиная двигаться резче, грубее, до основания входя в жаркое податливое тело, продолжая ласкать ладонью. Жадно уставился в затуманенные тёмные глаза; обычно – чёрные, сейчас – со странным золотистым отливом на донышке, и чёрт его знает, было ли это отражение его собственного взгляда, или он просто никогда не трудился заглянуть в глаза бывшему боевому товарищу, а уж тем более с такого расстояния и в таких…обстоятельствах. Но зрелище в любом случае…завораживало.
- Поцелуй меня. Ещё.
"Наглая…глупая…скотина…какого же чёрта тогда, такая…сексуальная? "
Орочимару даже не стал тратить время на то, чтобы удивиться своим мыслям – просто послушался. Насладившись…
"…?!"
…вкусом джирайевских губ, заставил. Оттянув за белобрысые вихры, запрокинуть голову, вылизывая и покусывая взмокшую от пота шею другого – не болезненно, и не стремясь причинить боль, но страстно.

0

55


Объективно, думать с ногами, закинутыми куда-то далеко вверх и явно не туда, где им судьбой положено быть, не очень располагает. Только вот джирайевскому сознанию было всё равно, и вперемешку с тёплым, греющим золотистым маревом, что разливалось перед внутренним взором, стоило лишь зажмуриться, лезло ещё кое-что.
Одна нога соскользнула на сгиб локтя Орочимару, другая - под его рукой на талию. Стало...чуточку удобнее, и движения изменились...Саннин не смог сдержать ещё одного довольного стона, особенно когда вслед за этим по его шее прошёлся чуть шершавый, длинный...и вообще во всех смыслах потрясающий язык.
Руки...руки сами собой обвили плечи змееглазого, поглаживая чуть влажную от их...хмм...безумной и бурной активности кожу. Шея, волосы - по всему прошлись загорелые ладони, словно бы...что?
"Успокоить...подарить своё тепло...защитить...от всего, что будет потом. Потом, когда ты будешь не со мной...не во мне..."
Обдумать, что за бред, Джирайя не смог. Просто зажмурился, прерывисто вздыхая, и прошептал:
- Медленнее...пожалуйста...чуть...медленнее...
Безумно хотелось растянуть удовольствие...и...казалось, он...поймёт что-то, до этого ускользавшее...
Хотя момент для размышлений оч-чень странный.

0

56

- Медленнее...пожалуйста...чуть...медленнее...
Выражаясь осторожно, Орочимару – та часть, которая сё ещё упорно думала, несмотря ни на что – сильно усомнился в том, что жабка таки проснулась. Чего уж там. Появлялись нехорошие мысли вроде «а-может-это-я-срубился-и-не-заметил».
Вздохнув, он поёжился – не потому, что прикосновения тёплых ладоней были неприятны. Скорее…возможно, наоборот. И вёл анализ этих ощущений…далеко. В частности, к тревожащим вопросам, таким как: с какой стати это приятно? это приятно только сейчас, потому что оба не в себе? не…не может же быть, что оно может быть приятно в принципе! Ведь…ведь они и раньше друг друга касались, чёрт возьми – и даже не только во время очередного мордобоя/мордобоя-под-названием-тренировка/мордобоя-вставь-нужное! Тогда…какого! Плюс, стоило учитывать, что все эти тревожные мысли лезли в сильно гениальную голову человека(?..) в своё время поплатившегося именно за неуёмную страсть к исследованиям – как бы его там не называли. Следовательно, остановиться на стадии «просто-задать-себе-тупые-вопросы» он попросту был не в состоянии.
Напрашивающиеся выводы…не вдохновляли. Это выражаясь осторожно.
Как обычно и бывает  подобными мыслями – долго получается только пересказывать их. На практике они заняли ровно столько времени сколько нужно, чтобы вздрогнуть, бережно…
..!...?1 … , … !
…погладить по взмокшему лбу, убирая слипшиеся от пота, снова упрямо лезущие в глаза белые пряди, и коснуться губами угла рта, шепча почти невозможное:
- Больно? Прости… - и постараться двигаться осторожнее, удобнее перехватывая чуть напрягшееся тело.
Орочимару автоматически, крепко и отчаянно жмурясь – ибо в глубине души небезосновательно считал себя идиотом – подстроил под сменившийся ритм движения руки, которой продолжал ласкать бывшего сокомандника, сделав прикосновения не такими грубыми и жадными.
Почему-то глупо и жутко, учитывая с кем, после чего и вообще он сейчас, хотелось…чтобы другому было хорошо.
"Ладно. Психоанализ – потом. Всё – потом."
- Хо…роший мой, - полустон, едва ли осознаваемый.

0

57


- Не...больно, - Джирайя улыбнулся, чуть мотнув головой, и так и не открывая глаз. Погладил худую бледную спину, чувствуя, как под кожей двигаются мышцы. - Просто...хочу тебя в себе...
Абсурдность фразы действовала на нервы, но Джирайя старался этим вопросом не сильно загоняться. Как-то...м...деятельность не располагала.
Он хрипло застонал, прижимая Орочимару крепче к себе, так, что тот уткнулся носом в шею жабьего саннина. Стало...как-то совсем хорошо. Полноценно. Да ещё - внизу живота потрясающе тепло и приятно, ощущение, от которого из груди вырвался новый стон, а дыхание сбилось вконец и стало прерывистым, жарким.
Совсем по-другому...не как обычно. Медленные движения словно изматывали сильнее, заставляя долго балансировать на грани, перед тем как наслаждение станет совсем уже острым и почти непереносимым.
Вообще, Джирайя редко так делал - обычно дамы настаивали, чтобы быстрее, а так... так оно было чувственнее.
Новое движение внутри, когда плоть Орочимару медленно, мягко и долго касалась той самой заветной чувствительной области, и беловолосый под ним откровенно начал извиваться, почти выгибаясь дугой от ярких ощущений. Он прикусил губу и прошептал:
- Ещё...немного...совсем...
Чувствовалось, что...настрой Орочимару изменился, и...он может сейчас просить так и об этом.

0

58

Психоанализ, который потом, упорно желал быть сейчас, мешая и без того путанные и абсурдные обрывки мыслей.
Джирайя извивался и постанывал, уже порядком охрипло – отчего стоны менее…
эротично
…непристойно звучать не стали. И вообще – это было ни в какие рамки: судорожно вздрагивающее и выгибающееся загорелое тело…и….
Какого?..
Вместо того, чтобы выругаться и вывернуться, саннин судорожно вздохнул, сам вздрагивая и утыкаясь лбом в мокрую и солёную шею бывшего сокомандника. Закусив губу – что не вполне помогло сдержать жадный стон, чуть сильнее сжал ладонью нежную плоть, продолжая двигаться…хм…нерезко. Как того явно хотелось беловолосому. Как того – и вот здесь начинался трижды клятый самоанализ – хотелось и ему самому, но - на этом моменте самоанализ сбоил – не только и не столько потому, что чувствительность достигла того предела, когда подобные мучительно медленные ласки воспринимались го-ораздо..хм…ощутимее, чем что-либо ещё.
Это стоило прекращать. Во-первых, само желание сделать…приятно было дичайше непривычным, ибо обычно Орочимару, будучи злодеем и трудоголиком, к сексу относился попеременно как к: не самому плохому способу сбросить напряжение; утомляющей физиологической потребности; чего уж греха таить, ещё одной возможности манипулировать. Но никак не…возможности…
чего?
И да, в конце концов, речь шла про Джирайю. Трижды кичась своей отличностью, и бла-бла-бла, Орочимару человеком быть не перестал. Сам не вполне это осознавая, он просто не мог позволить себе расслабиться…
…открыться?...или?...
…рядом с соперником-ещё-с-детства.
Судорожно вздохнув…
застонав?
…он начал двигаться резче, входя глубоко, насколько тело Джирайи в принципе могло его принять. Всё это на фоне смутного сожаления…
это о чём ещё?!
…и не менее смутного раздражения – сам вполне отдавал себе отчёт в том, что попросту нет сил сдерживаться, и совершенно здесь ни при чём прочие заморочки. Застонал снова, уже откровенно страстно, слизнул капли пота с золотистой кожи, чуть прикусил, прикрывая глаза. Дыхание, хриплое и сбитое – своё, чужое, чёрт знает, - становилось всё более отрывистым, и оставалось змееглазому совсем чуть.

0

59


Впечатление было такое, что кожа и всё внутри просто плавится - настолько горячим и жарким стало разогретое движениями тело. Стоны ласкали слух - откровенно говоря, Джирайе давно
очень
хотелось узнать, какого это - заниматься любовью с Орочимару. Оказалось - не зря хотел. Хриплые вздохи, горячее дыхание, то, как касается собственной кожи тело змея - всё это делало ощущения непередаваемыми.
Хотелось попросить "ещё" - но не вышло. Руки зарылись в волосы, чуть сжимая пряди на затылке, и выдержки хватало лишь на то, чтобы не извиваться уж совсем развратно, не шептать на ухо непристойности вперемешку со стонами, и...
...домыслить дальше про выдержку не удалось - тело выгнуло дугой, из груди вырвался полувздох-полувсхлип, и саннин только сильнее прижал к себе бывшего сокомандничка, поймав момент, когда тот будет маскимально глубоко.
Джирайя не мог оценить, долго ли длилось то желанное состояние эйфории, ради которого всё это происходило. Наверное, прошло всего несколько секунд, пока он не возобновил движения, доставляя ответное удовольствие, но показалось - целая вечность.

0

60

Сокомандничка…хм…повело. Причём настолько явно и конкретно, что оно и в комментариях не нуждалось.
Это было приятно.
По крайней мере, злой гений не чувствовал себя психом-одиночкой.
Джирайя всё явно порывался что-то сказать – что, осталось загадкой, но Орочимару почему-то казалось, что не обычное пожелание пойти к чёрту. Что…
интереснее
…хуже, его самого тоже тянуло…высказаться. Прокомментировать. Объяснить…этому, насколько, чёрт возьми, привлекательно он выглядит именно в таком вот положении, именно взмокший, именно извивающийся и выгибающийся, вздрагивающий судорожно и судорожно постанывающий. Змееглазый и высказался бы…но…
Слишком горячо. Слишком сбитое дыхание. Слишком жаль тратить силы на…на что-нибудь ещё.
"И к чёрту…всё остальное."
Джирайя не то вскрикнул, не то всхлипнул, как-то очень жалобно, выгнулся как-то совсем уж экстремально, фактически, только и упираясь в поверхность плечами и затылком, судорожно сводя лопатки – Орочимару почувствовал это, потому что, непонятно чего испугавшись, подхватил белобрысого, поддерживая. Вздохнул от удовольствия, прихватывая зубами кожу джирайевского плеча, когда горячее тело невероятно туго сжалось около его плоти, плотнее прижался к бывшему сокоманднику, обвивая руками, так, что последние несколько секунд они двигались совсем как что-то слитное.
Наверное, он тоже стонал. Было не до того, чтобы фиксировать внимание на каких-то там мелочах.
"А вот теперь…походу, усну я. Ксо-о…"
Хриплый вздох. Облизать пересохшие губы – свои, потом чужие. Вяло ругнуться, сообразив, что позволил тягать себя за волосы.  Позволить опуститься…не торопясь, впрочем, выходить, самому так и остаться лежащим сверху.
"И не рыпайся. Пожалуйста."
- Дёрнешься – заканашибарю, - сообщил Орочимару очень странным голосом. Подумал, что прозвучало это излишне грубо, учитывая, о чём шла речь и, чтобы объяснить, осторожно коснулся губами ключицы. Прикрыл глаза, прошёлся языком, слизывая капельки пота, снова вздохнул, расслабленно и довольно.
Что бы там не думал по этому поводу Джирайя, отпустили его окончательно только ещё через пару секунд.

0


Вы здесь » Naruto - Нити Судьбы » Бордель » Джирайя и Орочимару